До сих пор мы знали Наталью Алексеевну Максимченко как скульптора, работавшего главным образом над многофигурными группами из фарфора, скульптора, динамичного в своих композициях, но несколько суховатого в пластике формы.


И вдруг на персональной выставке мы увидели Максимченко-керамиста, притом керамиста-живописца, со смелым красочным строем произведений. Толчком для этого нового поворота в творчестве художницы явилась ее недавняя поездка в Среднюю Азию, основной целью которой было создание скульптурных портретов знатных людей Узбекистана. Она побывала в Дальних горных районов и в Кызыл-Кумских песках, жила в животноводческих совхозах и в юртах чабанов. Мужественный народ этого края и его природа, красные пески пустыни и неожиданный колорит известковых гор поразили ее воображение. И здесь у Максимченко возникло простое человеческое желание сделать своим гостеприимным хозяевам подарок — создать посуду для их своеобразной национальной кухни.


Так родились два сервиза – большой сервиз «Актау» для национальных узбекских блюд и набор для чая «Тамды» (названия даны автором в честь гор). Для нас эти произведения интересны тем, что художнице удалось в цветовой гамме керамической посуды передать колорит среднеазиатских пейзажей. Сервиз «Актау» расписан белой, зеленой и коричневой глазурями. Эти цвета известковых гор с зелено-бурой растительностью в расселинах. Не только в колорите, но и в самом строе потеков глазурей есть что-то от линий и пятен горного среднеазиатского ландшафта. Второй сервиз построен на сочетании насыщенных красно-оранжевых глазурей с черной и зелено-бирюзовой. Кажется, будто по-весеннему расцвели красные каракумские пески. Своеобразный, несколько сбивчивый ритм росписи этих сервизов и некоторых других керамических изделий Максимченко ассоциируется не только с природой Узбекистана, но и национальным искусством его народа, с орнаментацией народных текстильных изделий.


С сожалением приходится заметить, что в утилитарных керамических вещах не проявилось скульптурное дарование Максимченко. Художница подошла к ним чисто живописно. Декоративно-укрупненные формы ее посуды довольно тривиальны, однообразны и служат лишь фоном для эффектной игры глазурей. Такой чисто живописный подход – вообще распространенное явление среди московских керамистов. Конечно, он имеет право на существование, но обедняет возможности керамики – искусства пластического в своей основе.


Среди чисто живописных работ Максимченко наиболее удачны ее росписи фаянсовых блюд. Смелыми, быстрыми росчерками кобальта наносит она на поверхность керамики фигуры в разных поворотах и движениях. Плавные, округлые линии, передающие грациозные, словно замедленные движения восточных женщин, когда они сидят на кошме за домашней работой или склоняются над ребенком, удивительно тонко и гармонично вписаны художницей в круглую форму настенного блюда. Очень приятен мягкий колорит этих вещей, построенный на сочетании темных линий кобальта и мягко расплывающихся зеленовато-серых тонов солей.


Максимченко исполнила и несколько керамических панно, посвященных жизни Узбекистана. Разнообразные по цвету, иногда насыщенные и яркие, иногда блеклые и гармоничные, эти панно при соответствующем масштабе могли бы быть использованы в интерьерах современной архитектуры.


Наталья Алексеевна работает много и быстро, без предварительных эскизов, сразу в материале она делает десятки вариантов композиций, пробует новые сочетания глазурей. Быстрый набросок по уникальному черепку, пятна подглазурных красок и глазурей – все надо делать сразу и часто наугад (ведь только после обжига выявляются подлинные цвета керамических красок). Иногда обжиг приносит разочарование: авторский замысел оказывается разрушенным. А зачастую он поражает самого автора горением красок и цветосочетаний.


В этой неожиданности окончательного эффекта – трудность работы керамиста, но в ней и ее прелесть.

© Любое использование текста и изображений с сайта www.dvaveka.ru без разрешения и упоминания является нарушением авторских прав!